Воспоминания депортированных

Воспоминания депортированных

6 июля в республике отметили годовщину второй волны депортации молдавских семей. Своими воспоминаниями о тех событиях пострадавшие делятся до сих пор. Выжившие с ужасом вспоминают события ночи 6 июля 1949 года. 

Галина Арман – человек с тяжелой судьбой, но очень позитивной и светлой душой, как она сама себя описывает. В интервью она рассказала, как сложилась судьба ее семьи, какие трудности пришлось пройти и как она начинала новую жизнь.

 «Я с детства живу с убеждением, что прошлое надо помнить, но жить им нельзя. Я не могу сказать, что у меня было самое счастливое детство, я никому такого не желаю. Для того чтоб такого не повторилось в будущем, мы должны помнить об ошибках прошлого и учится на них. По моему мнению, эта тема сейчас освещается не так как хотелось бы. Я видела видео, где корреспондент опрашивал молодежь, знают ли они хоть что-то про депортации. На что большинство респондентов затруднялись ответить. Я считаю, что государство должно помнить свою историю, будь это моменты радости или горя. У кого нет прошлого, тот не имеет будущего» – поделилась женщина.

Нам удалось пообщаться с Николаем Ункуцэ, председателем Ассоциации жертв политических репрессий в Бельцах. Мы встретились с ним возле здания бельцкого суда, куда он пришел для участия в судебном процессе, по реабилитации женщины родившейся в семье депортированных в Сибири. Он рассказал о главной миссии, возглавляемой им ассоциации и о истории его семьи, которая также была депортирована.

Николай Ункуцэ: «Я хочу вам сказать, что наша страна в данный момент очень сильно отстает от соседней Румынии и от балтийских стран в вопросе депортированных. Потому что в этих странах законы заботятся о правах человека. К 2019 году, в этих странах не осталась ни одного дела по реабилитации депортированных. В момент когда у нас в стране складывается впечатление, что суды специально тормозят эти дела. А ведь нужно понимать, что эти люди ни в чем не виноваты, они стали заложниками режима, который сделал их врагами народа. Честно я иногда затрудняюсь сказать, для чего режим это затеял, то ли для полной русификации, а может это и действительно была такая жестокая идеологическая машина».

Люди и по сей день вспоминают как теплой июльской ночью, их будили громкие стуки в дверь, как офицеры красной армии давали на сборы буквально 5 минут. Из воспоминаний Людмилы Мырзу: «Нас поместили в товарный вагон вместе с 20 семьями. Стояла тридцатиградусная жара. Мы сидели в закрытом вагоне и не понимали, что происходит. Конечно, мы плакали от страха и обиды. На станцию пешком пришёл наш дедушка. Вагоны были оцеплены вооружёнными солдатами, но ему удалось передать нам немного мамалыги, творога и воды. Все люди не понимали, что происходит. Отец успел забежать на огород и выкопать два мешка лука и два — чеснока. Это спасло нас от голода в пути. На станциях разрешили менять лук и чеснок на другие продукты, чтобы кормить детей» (источник: «СП»).

Большинство депортированных было размещено в Казахстане (9954 человека), в Омской (6085 человек) и Новосибирской (5787 человек) областях, в Красноярском крае (470 человек), в Коми АССР (352 человека).

Из 35 тысяч депортированных в 1949 году осталась в живых едва ли четверть, а вернулись назад в Молдавию — всего лишь несколько тысяч.

Текст: Владислав Чауш

Фото: vox.publika.md

Google+ Linkedin

Lasă un răspuns

Adresa ta de email nu va fi publicată. Câmpurile obligatorii sunt marcate cu *

*

*

*